ПЕРЕВОДЧЕСКИЕ ТРАНСФОРМАЦИИ, ОБУСЛОВЛЕННЫЕ РАЗЛИЧИЯМИ В КУЛЬТУРНЫХ И ЯЗЫКОВЫХ КАРТИНАХ МИРА РОССИИ И США

1

• Авторы
• Файлы

Мельникова О.А. Данилова И.И. Статья в формате PDF 263 KB

Одна из ключевых проблем, с которой человек сталкивается при выполнении любого перевода - как заставить текст вписаться в рамки языка перевода и культуры предполагаемого читателя и звучать настолько гармонично, что читатель будет не в силах определить, переведенный этот текст или нет. Недостаточно просто знать соответствия между конструкциями двух языков и удачно подбирать эквивалентные сочетания. В процессе перевода в первую очередь необходимо отойти от языков и языковых средств, которыми они располагают, и рассмотреть культурные и языковые картины мира.

В нашей работе мы пытаемся выяснить, как влияют различия между культурными и языковыми картинами мира России и США на процесс перевода и на выбор применяемых нами переводческих трaнcформаций. Для начала рассмотрим такие понятия, как языковая и культурная картина мира. Языковая картина мира - это исторически сложившаяся в сознании данного языкового коллектива и отражённая в самом языке совокупность представлений о мире, определённый способ восприятия и устройства мира. Культурная картина мира - это отражение реального мира через призму понятий, сформированных в процессе познания мира человеком на основе как коллективного, так и индивидуального опыта. Каждое из этих понятий специфично для каждой языковой среды, каждой культуры, а она живет и развивается в «языковой оболочке», поэтому наиболее ярко различия между культурами отображаются именно в языке. Отсюда вытекает тезис о том, что для адекватного перевода необходимо четкое понимание различий в языковых и культурных картинах и умение применять эти различия в процессе перевода.

Выявим сами различия между языковой и культурной картиной мира России и США. Во первых, культуры этих стран различаются по отношению к человеку. Исторически сложилось так, что культура России была сконцентрирована на идее коллективизма, общинности, что привело к игнорированию индивидуальности индивидуума. В основе идеологии Запада и, в частности, Америки, наоборот, лежит культ индивидуума, уважение к потребностям и чувствам отдельного человека и игнорирование коллектива [1].

Если сравнить Америку и Россию по общенациональному индексу, то первое что бросается в глаза, это эмоциональная стабильность в одной стране и эмоциональная разбалансировка в другой. Это влияет на их речевое поведение: самоуверенные, радостные интонации американцев против раздраженных, неуверенных и т.п. у русских.

Яркими культурными знаками американцев являются гордость и патриотизм. Гордость за страну проявляется у американцев в манере говорить (уверенно, напористо). Сегодняшние доминирующие эмоции на российском национальном уровне - психологическая депрессия, вызванная потерей национальной гордости, панический страх за будущее [2].

Разумеется, данные наблюдения не распространяются на всех жителей России и Америки, но перечисленные довольно наглядно представлены в их культурах и в языках.

Вопросы различий языковых картин мира наиболее полно рассмотрены в работах А. Вежбицкой. В английском языке эмоции чаще передаются прилагательными или псевдопричастиями, чем глаголами. Они обозначают пассивные эмоциональные состояния. Сама идея активности и ее языковое воплощение, видимо, абсолютно несвойственны их культуре. Напротив, глаголы эмоций подразумевают более активную роль субъекта. В отличие от английского, русский исключительно богат «активными» эмоциональными.

Широкое распространение в русском языке имеет и пассивная форма выражения чувств. Безличная форма глагола и дательный падеж имени в предложениях, где идет речь о человеческих чувствах, выражают отсутствие контроля. Подобрать английские эквиваленты таким конструкциям довольно сложно.

Английский язык обычно представляет все жизненные события, происходящие с нами, так, как будто мы управляем ими и все наши ожидания и надежды находятся под нашим контролем. В русском языке более типичны конструкции с дательным падежом субъекта, в которых все ограничения и принуждения субъекта подаются в пациентивном модусе [3].

При переводе необходимо учитывать эти различия в культурных и языковых картинах мира, и стараться производить не просто эквивалентный, но культурологически-ориентированный перевод, который будет «подстраиваться» под культурную и языковую картину мира языка перевода. Отсюда вытекают определенные переводческие трaнcформации, обусловленные различиями в культурной и языковой картинах мира. Переводческие решения условно разделены нами на две группы: трaнcформации при описании предметной ситуации и трaнcформации, обусловленные сменой предиката.

Одним из наиболее распространенных случаев изменения структуры предложения является необходимость изменить подлежащее предложения. Английское подлежащее фактически может оказаться обстоятельством места, времени или образа действия, в таком случае при переводе на русский язык мы оформляем английское подлежащее как русское обстоятельство, а русским подлежащим становится фактический субъект английского предложения. Иногда подлежащее в английском языке оказывается фактическим объектом, оно обозначает не деятеля, а получателя чего-либо в результате действия, совершенного третьим лицом. Эквивалентное русское высказывание имеет обратный порядок слов. Английское подлежащее преобразуется в прямое, косвенное или предложное дополнение. В некоторых случаях английское подлежащее обозначает не деятеля, а обстоятельство или объект действия, тогда как реальный деятель или субъект действия перемещается в конец высказывания и оформляется в виде какого-либо второстепенного члeна предложения, обычно дополнения. Проблема перевода формального подлежащего с английского языка на русский решается использованием как нулевого перевода.

В английском языке стремление к номинализации действия проявляется менее отчетливо, чем в русском, где отглагольные конструкции встречаются намного чаще. При переводе такого типа предложения на русский происходит смена субъекта. Так, глагол переходного вида преобразуется в отглагольное существительное, которое становится подлежащим русского высказывания, а английское подлежащее - в имя при отглагольном существительном в функции субъекта.

Помимо вышеизложенных ситуаций, иногда мы заменяем отправную точку исходя не из правил перевода, а из собственного языкового чутья. Такой прием называется модуляцией. К этому способу можно прибегнуть, когда видно, что даже адекватный перевод приводит в результате к высказыванию грамматически правильному, но противоречащему духу языка перевода. Здесь переводчику приходится опираться на собственные знания различий в языковой и культурной картинах мира языков, с которыми он работает [4].

Таким образом, на примере сравнения культурных и языковых различий России и США, мы подтвердили необходимость изучения картин мира и использование их различий непосредственно в переводе.

Список литературы

1. Тер-Минасова С.Г. Язык и межкультурная коммуникация: учеб. пособие. - М.: Слово/Slovo, 2000. - 624 с.

2. Scott R. Who is Us // Сближение культур. Bridging cultures. - Волгоград, 1996. - 122 с.

3. Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание: пер. с англ. - М.: Русские словари, 1996. - 416 с.

4. Бреус Е.В. Теория и пpaктика перевода с английского языка на русский: учебное пособие. - М.: Изд-во УРАО, 2003. - 104 с.

---